Ольга Юшкова рассказала о тонкостях джазовой импровизации

В сургутском арт-кафе ДИ «Нефтяник» выступила джазовая вокалистка, руководитель двух творческих учреждений, продюсер международных фестивалей Ольга Юшкова. Перед концертом она поделилась с нами своими мыслями о джазе, его многогранности, тенденциях развития в России и о том, как увлечь этой музыкой тех, кто еще с ней не знаком.

Ольга, вы и Spring Fever впервые выступаете в нашем городе?

– Да. И знаете, все началось с неожиданной встречи. Руководитель сургутского ДИ «Нефтяник» Сергей Сокольников приехал в Кузбасс в рамках обмена опытом. Мы показывали гостям, чем живет и дышит промышленный Новокузнецк. В финале программы пригласили в джаз-клуб «Геликон» – уникальное место, настоящую гордость региона. Так мы и познакомились с Сергеем Владимировичем. Спустя год Spring Fever – в Сургуте. Первое, что бросилось в глаза, – экология, воздух. Здесь действительно хочется дышать. И, конечно, люди – внимательные, отзывчивые. Все готовы помочь, посоветовать. Добрые. А ведь город – это прежде всего люди.

Что же приготовили для сургутян?

– Мы привезли очень насыщенную программу, полную авторских аранжировок. Будет и джем-сейшен с сургутским джаз-ансамблем «Резонанс». Хиты и советские шлягеры: блюз, соул, джаз, даже джаз-рок и этно-джаз. Многие говорят: «О, джаз – не для меня». Но в джазовой музыке существует огромное количество направлений. Когда показываешь эту многогранность, когда объясняешь, что импровизация – это авторское мимолетное уникальное творение, тогда люди начинают понимать, что это настоящее искусство.


Как вы взаимодействуете с музыкантами на сцене во время импровизации? Кажется, что это некий хаос…

– Нет, это не хаос, а жесткие рамки, помноженные на знания, образование и опыт. Мы понимаем друг друга по сеткам, по аккордам. Перед выступлением определяемся со стандартами, тональностями. И каждый музыкант: трубач, тромбонист, саксофонист, барабанщик – знает, где нужно сыграть, как подхватить импровизацию другого. Это творчество внутри четких стандартов гармонии и ритма. Я считаю, что джазовый музыкант – высшая точка исполнительского мастерства. Он может исполнить классику, рок, поп – все, что угодно. Потому что умеет думать, анализировать, импровизировать.

Название вашего коллектива Spring Fever – многозначное. Это и весенний прилив энергии, и сенная лихорадка. Какое значение ближе?

– Название появилось в 2018 году, когда нам предложили выступить на международном фестивале блюза. Я и раньше пела блюз, но тут подумала: «А почему бы ни сделать целую программу?». В коллективе тогда были два гитариста, барабанщик и я. Мы решили рискнуть и постараться сделать блюз более ярким, эмоциональным. Весной, когда все цвело и бурлило, я предложила: «А давайте назовемся «Весенняя лихорадка». Это был прилив энергии, драйв, вдохновение.

Вы работаете с авторскими материалами и известными композициями. Что важнее: передать дух оригинала или привнести что-то свое?

– С огромным уважением отношусь к первоисточникам. Считаю, что никто не исполнит «Девушку из Ипанемы» лучше, чем Антонио Карлос Жобим. И не стремлюсь петь так же, как он. Не хочу, чтобы меня с кем-то сравнивали, поэтому никогда не пытаюсь копировать известные импровизации, стараюсь придать им новое звучание.


У вас классическое музыкальное образование, вы занимались авторской песней. Как этот опыт отразился на джазовом исполнении?

– Классическое образование в России – лучшее в мире. Оно дает хороший старт, понимание музыки, умение работать с материалом, чувствовать ритм, интонировать. Горжусь тем, что была классической пианисткой, и считаю, что человек, умеющий владеть инструментом, по-другому относится к своему вокальному аппарату. Конечно, весь прошлый опыт дал большой багаж знаний и отразился на творчестве.

Вы и вокалистка, и руководитель академии и джаз-клуба, и организатор фестивалей…

– … а еще депутат и общественник. Иногда кажется, что это вообще несовместимые вещи.

Какая роль ближе?

– Мне нравятся все роли. Считаю, что если берусь за какое-то дело, то занимаюсь им по-настоящему, с душой. Если бы не нравилось, то и не занималась бы этим.

У вас в сутках явно больше чем 24 часа!

– Главное – правильно, системно выстраивать свой рабочий день.


Как вы оцениваете развитие джазовой музыки в России?

– Интересно, что во всем мире сейчас тенденция угасания интереса к джазу. А в России, наоборот, он переживает подъем, особенно среди молодежи. Открываются учебные заведения, появляются талантливые музыканты. И я не могу не упомянуть Игоря Михайловича Бутмана, который является флагманом российского джаза и считает, что за джазом – будущее.

Кстати, первые упоминания о джазе в России датируются 1922 годом, когда Валентин Парнах привез из Парижа новую музыку. А дальше – Леонид Утесов, Любовь Орлова, Людмила Гурченко…

Орлова и джаз? Неожиданно.

– А как же бэнд из «Веселых ребят»? Он ведь играл джаз! В советское время существовала джазовая традиция, которая, может быть, не была явно выражена, но была. «Карнавальная ночь», песни 60-х, 70-х, 80-х – многие из них имели джазовые аранжировки. Мы мало знаем свою историю.

Вы объездили много регионов. Различается ли публика?

– Публика везде благодарная и отзывчивая. Но все зависит от материала и подачи. От того, сможешь ли донести музыку до слушателя. Бывает, приезжаешь выступать в клубе, куда люди пришли поужинать и пообщаться. И выбор стоит между стейком и музыкой. Если сможешь оторвать людей от еды, значит, все сделал правильно.

Есть ли потенциал у джаза стать более популярным?

– Нет. Джаз – это все-таки элитарное искусство. Оно не может сравниваться с поп-музыкой или шансоном. Джаз – для думающих людей, тех, кто хочет копнуть глубже, услышать импровизацию, понять развитие музыкальной истории.

Как бы вы описали джаз человеку, который никогда его не слышал, чтобы заинтересовать?

– Я бы сказала: «Приди и послушай, как я вместе со своими музыкантами буду экспромтом создавать музыку прямо на сцене, здесь и сейчас. Ты увидишь, как из отдельных кирпичиков рождается уникальное произведение искусства, которое больше никогда не повторится».

Источник: интернет-газета «Сургутская трибуна»